Серое небо над главной станцией города тяжело нависало, затянутое плотной ватой низких туч. Осенний ветер свистел сквозь пустые платформы, приносил с собой запах сырой мокрой земли и слабую нотку горечи от железнодорожного дыма. Пластиковые скамейки и разрисованные стены здания казались еще более унылыми под холодным светом ламп, мерцающих словно блеклые глаза в полумраке. Люди спешили, охваченные суетой и невидимым чувством тревоги, повсюду слышался скрип колес и глухой гул приближающихся поездов. Было около восьми вечера, и на площадке вокзала царила особая атмосферная тишина, нарушаемая лишь случайными криками и шорохами.
